Анастасия Игнатова, Стихи

Стихотворение участвует в литературном конкурсе (конкурсе стихов) премии «Независимое Искусство — 2019»

Великолепный край — Калмыкия

Великолепный  край — Калмыкия.
Расположен там, где чудеса 
Видеть  отвыкли  мы.
Среди пустынных степей, на границе мира
Прячет свой стан Элиста —
Город, душа-нараспашку. Душа-широта.
Сердце его — Хурул изысканный,
Паломников пристань.
Говорят, Золотые Врата приносят удачу.
Поспеши через них пройти, важное обозначив.
И не забудь посетить Пагоду Семи Дней.
На месте силы поймёшь,
Что в жизни всего главней.
Покой обретёшь у статуи Будды.
Истину познав, в мыслях прочтешь,
Что путь к нему вовсе не труден.
И, отдохнув в ламповых кафе,
Влюбишься навсегда, очаруешься
И утонешь в калмыцком волшебстве.

Игра воображения

Зимняя ночь. Марево холода.
На рекламном табло до минус десяти.
Район, в котором когда-то гибли
От голода. Сейчас пируют,
Но души их уже не спасти.
Время двенадцать. Кружится-вертится
Память старинной улицы. Всё — миражи.
Но в потоке метели не верится, что
На стене силуэты из прошлого
Ты погляди:

Барышня в шляпе слегка улыбается,
Молча внимает мужчине в пенсне.
Глазам не веря, прячешься-мечешься,
Теряясь во временной шкале.
В соседней парадной слышна
Перепалка кухарок, рядом в окне
Тлеет огарок. Не дышишь,
Медленно жмешься к стене. У тебя
Осадное положение. «Игра воображения» —
Твердишь себе.

А по злосчастной заснеженной улице
Всё пробираются тени, в которых угадываются:
Лекари, слуги, графы и нищие.
Страшное наваждение. Хоть от себя беги.
Быстрая тройка проносится мимо. Где-то
Вдали колоколов перезвон.
Вдруг все растворяется. Произошедшее — бред.
Полусон. Так появляется оправдание момента,
Который был и прошёл. Кружится-вертится память
Старинной улицы. Зимнее время, эпох чехарда.

Тот литературный герой, увидевший однажды
Прошлое. Юная девушка.
Я.

Бумага все примет

Бумага все стерпит : попытки жалкие признаться в любви, робкие строки,
Едва похожие на стихи, начерченную автотранспорта схему,
Крестики-нолики в том месте, где должна была быть теорема.

Бумага все примет: горькие слезы девчонки над посланием «полюбил другую».
Недооцененную поэму, оставленную у парадной, корявый детский рисунок,
Жаркий текст от любовника с поцелуем.

Бумага все скроет: судебные заявления,  исторический очерк.
Не предаст откровения юной прелестницы в дневнике
О том, что «с ним даже ночи короче».

Сколько их было, сокровенных слов, которых друг другу мы не сказали?
Много ли важных строк, никогда не прочитанных, в ней умирали?
Безмолвно молчит та, что не покраснеет, не побледнеет.
Победно лежит на столе и ждёт откровений.

Я и моя помада

Сладко было тонуть в объятиях  вчера.
Сегодня пытаться не сгореть от разлуки,
Со скуки замерев, у реки утеса
Смотреть на закат цвета хрустальной розы.
Знать до благоговейного трепета все его родинки
Так, что готова расцеловать каждую.
Впрочем, позвольте — мы не об эротике.
Разговор о чувствах до боли,
До пошлых избитых бабочек в животе
И прочих ванильных и модных клише,
Хороших для атмосферной короткометражки.
Однако, искреннее всех слов недосказанных
Чувства передадут мурашки от поцелуя.
Слившись в котором,
В очередной раз меня очаруешь.
Для счастья так мало надо —
Всего лишь вкус родных губ,
Которые помним я и
Моя помада.

Листья

Неспешно и в тоже время
Стремительно
Листья бросаются под ноги —
Возрастные самоубийцы,
Доведенные до отчаяния.
Не вынесли тяжкое бремя,
Когда слезы с небес промозглые:
Холодно. Сезон затишья.
Красные, алые, жёлтые
Умирают под ногами прохожих.
Я бы  спасла, но одна из них
Пропадаю тоже.

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *