Search
Generic filters

Никогда не сдавались и пленных не брали

ЛИТЕРАТУРА, ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНКУРС, ПРОЗА, РАБОТЫ АВТОРОВ
12/08/2021
2
0
0

— Ганс, подойди ко мне, — фельдфебель Иорке протянул солдату бинокль. — Глянь туда. Ты же вчера крепче кофе в рот ничего не брал?

Солдат прильнул к окулярам. С высоты, на которой закрепилась рота, было хорошо видно как в окопах противника низкорослые люди в длинных средневековых одеяниях стучат в бубны. Ветер доносил до окопов низкие, непонятные звуки.
— Рядовой Лееман, в отличие от меня, старого вояки, ты до войны целый год протирал брюки на скамейках берлинского университета.
— Яволь, гер фельдфебель.
— В таком случае, ответь мне на вопрос: почему эти русские уже обращаются за помощью к шаманам! Может от безысходности и бессилия,

или мне всё это мерещится с перепоя.
Произнесённая фраза стала последней в жизни Иорке. Бесшумные стрелы, выпущенные в утреннее небо, описав дугу, отобрали жизни у него и рядового Ганса.

***
— Майор! Что это за представление устроили твои тувинцы? Для них что Устава не существует? Вырядились в какие-то балахоны с кисточками, гремели бубнами и горланили чёрт знает что! Песня не песня. Слов нет, только звуки. Как, вообще, у них это получается?
Командир батальона прятал за спиной недоеденный сухой паёк.
— Горловое пение! — товарищ полковник. Только они так и могут. Национальная особенность.
— А тарабанить в бубен и демаскировать себя перед врагом — тоже национальная особенность? За такие дела и под трибунал загреметь можно.
— Осмелюсь доложить! Военная хитрость.
— Что? Какая хитрость?
— Военная, то есть охотничья. Они просят своих богов даровать им удачу в охоте на зверя.
— И что? Получили дарование?
— А то как же! Обязательно. Уничтожили роту врага, целиком. Наши уже обживаются на высотке. Захватили оружие и, главное, оперативную карту.
— Это как? Я не слышал ни одного выстрела.
— Осмелюсь доложить, стрелами.
— Чем? Не понял! Повтори!
— Стелами. Товарищ полковник. Правда, со стальными наконечниками. Кузнец из соседнего села вчера весь день ковал. Шаман в бубен стучал. А лучники в это время фашистов высматривали.
— Спектакль устроили на передовой!? С песнями и плясками! Майор, слушай мой приказ: это средневековье прекратить! Раз и навсегда. Не дай бог союзники про шамана и стрелы пронюхают. Сраму не оберёшься! Вы бы ещё с дубинами и пиками на фашистские пулемёты пошли.
— Не могу,—товарищ полковник.
— Чего ты не можешь?
—Запретить им шаманить, не могу.
—Как это не можешь? Ты командир части или дамочка «кисейная»?
— Они граждане другого государства. Тува де—юре является самостоятельной, суверенной страной.
— Причём здесь какой-то Юра? Толком можешь объяснить?
— Вы, товарищ полковник, я извиняюсь, у нас человек новый. Всех тувинских тонкостей не постигли. Извините, за каламбур.
— За что тебя извинять?— перебил подчинённого полковник.
— За тувинцев. Они иностранцы. Не советские. Их республика объявила войну Германии в тот же день, что и мы. Следовательно, добровольцы не совсем солдаты Красной Армии, и я не могу им приказать не следовать своим вековым обычаям.

Он хотел ещё что-то добавить, но в блиндаж вбежал здоровенный хохол-связист.
— Товарищ полковник, дозвольте доложиться командиру нашенскому, то есть я хотел сказать, майору. Дюже новость гарная.
Полковник молча кивнул.
— Араты фрицев выбили из села и шугают аж до самой речки. Просили подмогу не посылать. Гутарят, что сами сладят. Дюже на немчуру злые.
— Сержант! — полковник обратился к связисту. — Передай им, что мне нужен один, но толковый «язык». Желательно офицер. Пусть доставят пленного прямо в штаб.
— Я конечно, зараз передам. Только они того, в плен никого не берут. Всех на месте решают. И сами завсегда до последнего дерутся. Так у них принято. Извиняюсь, но эти нехристи слово «плен» никак не разумеют. Нету в тувинском языке такого.
В блиндаже на мгновение повисла тишина.
— О це, конечно, добре! — полковник улыбался. — Нечего с этими гадами церемониться. Чем больше истребим фашистов, тем быстрее войну закончим. Но «язык» мне всё же нужон. Майор, позаботься об этом. И ещё. После боя пусть твой политработник проведёт с этими воинами беседу. У нас здесь регулярная армия как-никак. А это означает единая для всех форма одежды и знаки различия, и всё такое. Халаты с кисточками, амулеты и бубны пусть в повозках возят, а воюют строго по уставу. Хотя, если честно, победителей не судят.

***
— «Der Schwarze Tod». «Der Schwarze Tod».—Чёрная смерть, чёрная смерть, — меланхолично переводил молоденький лейтенант слова пленного немецкого офицера.
— Это я уже понял, что дальше?— Полковник смотрел в окно на бескрайние поля, сплошь заросшие бурьяном.
— Военнослужащие нашей доблестной армии считают узкоглазых восточных варваров потомками Аттилы, — переведя эти слова, лейтенант непроизвольно ухмыльнулся, — солдаты вермахта, увидев низкорослых, мохнатых лошадей и развивающиеся на ветру пёстрые халаты узкоглазых теряют всякую боеспособность. Всадники продолжали движение, даже изрешечённые пулемётными очередями. Страшное зрелище. Настоящий ад на яву.
— Переведи ему, — буркнул полковник,— это наш ад. Мы их в него не звали. А раз пришли, то пусть ощутят его каждой клеточкой своего тела. Доставьте пленного в СМЕРШ, пусть там с ним дальше побеседуют. Воины Аттилы. Надо же. Да у нас любой солдат этого самого Аттилу за пояс заткнёт.

***
— Товарищ командир, в этой папке все материалы по добровольцам, — замполит стоял по стойке смирно. Вы в нашей части человек новый. А тут, как назло, бои и день, и ночь. Наступление опять же. Вот и не успел вас ввести в курс дела. Виноват.
Полковник подвинул к себе документы, пошарил по карманам, в поисках очков. Наконец, нашёл. Отпустил подчинённого и склонился над бумагами.
***
Десять процентов всего населения далёкой республики ушли добровольцами. Государственный банк Тувы передал Советскому Союзу практически весь свой золотой запас. Для нужд Красной Армии выращено и отправлено пятьдесят тысяч коней и семьсот пятьдесят тысяч голов скота. Изготовили более пятидесяти тысяч пар лыж. Четыреста тонн мяса.
Красные от постоянного недосыпа глаза полковника слезились,— Der Schwarze Tod— повторил он про себя запомнившуюся фразу. Как жаль, что эти люди не входят в состав братской семьи советских народов. Нам такие Атиллы ой как нужны.

***
Семнадцатого августа тысяча девятьсот сорок четвёртого года сессия Малого Хурала Народной Республики Тува приняла решение о присоединении республики к Советскому Союзу на правах автономной области Российской Федерации.*

Спустя семьдесят спустя

Внук-тинейджер решительно отобрал у меня газету.

—Дед, ты ведь у меня всё знаешь? Училка задала доклад про какую-то Туву. Помоги мне её на карте отыскать. Где она вообще находится?
Я подвёл своего «потомка» к огромной карте Российской Федерации, висящей на стене.

— Существует такая байка. Говорят, когда Гитлеру сообщили о том, что Тувинская Народная Республика объявила войну Германии, он даже не счёл нужным отыскать её на карте. А зря. Тысяча девятьсот двенадцать жителей этой республики отдали жизнь в борьбе с фашистскими захватчиками. Сражались храбро. Потому имена и фамилии тувинцев носят улицы городов и населённых пунктов нашей страны. Улица в честь добровольцев есть в городе Кызыле. —

я показал на карте, где расположена столица республики, — напиши обо всём этом в докладе. Подвиг малочисленного народа нам забывать никак нельзя! Из малых побед, в конце концов, свершилась одна общая Победа!

*— Республика Тыва с 1991 года — один из субъектов нашей страны, входит в состав Сибирского Федерального округа.

Автор публикации

не в сети 12 часов

paw

190,6
Комментарии: 1Публикации: 79Регистрация: 26-11-2020

Другие публикации этого автора:

Комментарии

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ЭЛЕКТРОННЫЕ КНИГИ

В магазин

ПОСТЕРЫ И КАРТИНЫ

В магазин

ЭЛЕКТРОННЫЕ КНИГИ

В магазин
Авторизация
*
*

Войдите с помощью





Регистрация
*
*
*

Войдите с помощью





Генерация пароля