Рита Волкова, рассказ «Людям о людях»

Рассказ участвует в литературном конкурсе премии «Независимое Искусство — 2019»

Пролог.

         3 апреля 2017 года около 14:30 по московскому времени в вагоне поезда на перегоне между станциями петербургского метро «Сенная площадь»  и  «Технологический институт».

По версии Следственного комитета РФ, взрыв осуществил террорист — смертник. В теракте пострадали 103 человека, 16 из них погибли (в их числе предполагаемый исполнитель теракта).

Данное произведение не имеет цели оскорбить чьи — либо религиозные и иные чувства, а также не нарушает морально-этические нормы.

         1.ТЕНИ.

Тени — все равно что призраки,этим  людям  уже нечего терять, они пойдут на всё, чтобы достичь своей цели, пусть даже кровавыми жертвами.

         Тень №1: «Мне все ещё ужасно больно, когда  с уст моего собеседника слетает имя, мне уже не принадлежащее.Когда я  слышу его, это моё прежнее имя,оно напоминает мне о моей любимой жене, убитой проклятыми гяурами*. А это значит лишь одно: то что я ещё не совсем готов к этой особой миссии, которую, по словам учителя, предначертана мне Всемогущим! Я должен навсегда отречься от своих воспоминаний, какие бы они не были радостные или горестные, дорогие или ненужные, ведь все мои мысли и сердце должны быть заняты только Им!

* гяу́р (с тур. gävur) неверный

         Изучаю душное питерское метро –  огромную зловещую паутину, которую так старательно свил этот гигантский паук. Страшно подумать,что в его опасную ловчую сеть ежедневно попадает ни одна тысяча людей! Они – тупые бараны потому, что думают, что им предоставляют транспортные услуги! Как бы не так!

Это чудовищное порождение Иблиса пьёт их энергетические соки!»

         Тень №2: «Мы должны научиться мгновенно и безошибочно узнавать друг друга в толпе по особому запаху. По словам Небесного, миск это самое приятное благовоние для правоверного. Согласно священному преданию, наносить его следует на одежду

с особым благоговением: «Мой запах теперь приятнее мускуса!

Да будет доволен мной Небесный!» А наше бренное  тело

мы всегда должны содержать в чистоте! И не только тело, но и мысли! О, Небесный, прости мне тяжелые думы о моём маленьком сыне! Что же будет с ним, когда я выполню свою миссию? Я знаю, что он  тут, за каменной стеной, в детском лагере, в надежных руках моего учителя, под твоим чутким присмотром!

         Какая красивая станция метрополитена, словно в султанский  дворец спустилась! В час, когда народу на перроне становится меньше, я сажусь тут, на деревянную лавочку, и рассматриваю эти великолепные стеклянные колонны, похожие на прабабушкин хрустальный салатник. Бабушка Аниса доставала его

из кухонного серванта только по большим религиозным праздникам

и лишь однажды, когда приехали родственники со стороны жениха,

чтобы сосватать меня за Тимура. О,зачем же он так рано покинул меня, Небесный!

         Потом вдоволь налюбовавшись этой рукотворной красотой, я сажусь в полупустой вагон и еду на площадь Красного Вождя. Конечно, эта станция называется как – то по – другому, но мы её так называем потому, что попросту боимся завалить всю операцию, попав прямо в руки к федеральным властям.Здесь – то я выбираюсь на поверхность, ветер кажется ещё более промозглым после теплого нутра «подземного города». И слякоть под ногами хлюпает противно!» Вдруг девушка вспоминает песню пленного российского солдата:  «Снова  дождь  и чеченская  слякоть, сапоги, каждый весом по пуду. И промок, так что хочется плакать. Ох Чечня, я тебя не забуду.»*

* Д. Максимов, сборник «Чечня в огне».

–Конечно не забудешь! Ведь это я тебя убила, русская собака! – утирает слёзы девушка. Сегодня закат похож на нарывающий порез от консервной банки с красивой надписью «shprotu». В банке было девять золотых рыбок, которые оказались необычайно вкусными.

На душе у неё стало немного теплее. Что ни говори, а еда всегда делала её чуточку счастливее, хотя учитель говорил, чтобы они не набивали собственное чрево! Девушка пересекла площадь и подошла ближе к бронзовому истукану. Красный Вождь  стоит неподвижно и молчаливо, простирая руку в красновато — серое небо.

Во всём виноват апрель и какие-то его тезисы! За этот ненастный весенний день слабое солнце подарило  и ему капельку тепла!

Девушка  стояла у памятника и грела руки на гранитном камне.

 — У нас, в Нохчийчоь*, поговаривают,что Красный Вождь тоже 

* (с чеч.) — республика

пострадал в «священной войне»  – констатирует она –

1 апреля 2009 года  памятник был подорван полкило тротила и у него зияла огромная дыра ниже пояса! Правда, сейчас он снова, как новенький!

         Никому из работников метрополитена и правоохранительных органов даже в голову не приходило,что эта хрупкая женщина с темно — карими глазами – террористка — смертница! В заголовках утренней прессы потом будет написано: «Шахидка спустилась в метрополитен и  привела в действие закрепленное на ней взрывное устройство». Военный  корреспондент Вадим Речкалов* после Первой и Второй  чеченской компании потом напишет, что « у слова «шахид» нет женского рода. И шахидами становятся после смерти. Если ты ходишь, значит, ещё не шахид. А если шахид, то уже никогда никуда не пойдёшь. Пока эти женщины живы, никто не догадывается, что они смертницы. А когда мы об этом узнаём, поздно их изучать. После взрыва от смертниц мало что остается».

*Речкалов В. «Живых смертниц не бывает: Чеченская киншка»

Но это же была не война! Она покушалась на жизнь ни в чём не повинных мирных жителей! Но случается ЧУДО, когда эти устройства не срабатывают! Люди почему — то легкомысленно списывают это на «его величество случай», забывая о том, что есть промысл Божий.

***

Тень №3: «Это я его убил, кирдык всей съемочной группе устроил в Кармадонском ущелье!* Все говорят, ледник сошёл, а кто ему помог? Вечно гореть ему в Джаханнаме, стоять скованному цепью в смоляных одеждах и пить кипяток! Не брат ты мне, говорил?! Гнида я, говорил?! А за свои слова отвечать надо! И фильмы у него, говорят, дерьмовые! А теперь от него и кусочка не осталось! Ха – ха! Я сам думал, что скоро попаду в Сады Благодати, но  Всемогущий решил иначе. Теперь я среди избранных, готовлюсь к высокой миссии, которой меня вознаградил за мои старания  Предвечный».

* 20 сентября из — за схода ледника Колка в Кармадонском ущелье погиб  режиссер Сергей Бодров и практически вся съемочная группа, работая над фильмом «Связной».

         Тень №4: «У нас в Абхазии, если  находят чёрный обсидиан, то непременно раскалывают, считая его дьявольским. Однажды я нашёл такой камень и оставил себе. Я взял его в руки, вытер полой рубахи от грязи и посмотрел на солнце, будто в бутылочное стеклышко. Он был чёрный,блестящий, словно плодородная «жирная» земля, а когда солнечные лучи проникли в сердце камня я узрел две полосы, напоминающие золотой песок. И так стоял долго, пока меня не окликнул мой старший брат. Он выхватил камень из рук и попытался его расколоть. Я набросился на брата, принялся душить и остановился лишь тогда, когда его тело обмякло. Ослепленный яростью, я принялся разжимать еще теплую ладонь, приговаривая: «Отдай, отдай! Он мой, мой!» И я понял,что сотворил! «Любовь не делает зла ближнему; где господствует любовь, там не бывает Каина, убивающего брата» – сказал святитель Иоанн Златоуст, но я ему не поверил! «Тот кто предал в любви, тот по Каину свят!»* – шептал я в горячечном бреду, когда меня нашли высоко в горах. На счастье, небольшой отряд избранных во главе с учителем проводили там тренировки.

* Д.Арбенина, «Не замерзнет трава», 2003

Я каждый день разговаривал с камнем и он мне отвечал! Да,он мне отвечал, но только это было во сне! Он показывал мне картинку за картинкой ход будущих событий. Одни из них предупреждали меня об опасности, другие сулили добрые события. Учитель говорил, что сны праведников зачастую бывают вещими, особенно ближе к Судному дню».

         Тени: «Скоро мы уже будем у конечной цели потому, что мы избранные, а пока мы придаём своей внешности такой облик, чтобы нас трудно было различить в толпе неверных».

         Некогда длинные волосы  падают к ногам чёрными змейками. Молодая худощавая женщина смотрит на парикмахера с недоверием.

 – Всё делается по правилам – успокаивает её Сария –    Всемогущий сказал, что женщинам позволительно остричься, не уподобляясь мужчинам, и закопать в землю свои отстриженные волосы и ногти. Мужчины тоже стригутся и сбривают бороды. Им всем немного странно было смотреть на своё новое отражение в зеркале. А из большой «плазмы» на кирпичной стене доносился насмешливый голос низкорослой блондинки в очках – «лисичках»: « Надо уметь вовремя изменить себя! Смена имиджа –  фундаментальный шаг к благоприятным переменам».*

* Э.Хромченко, журналист, модный эксперт

         Тень №5: « Мне уже много лет, я достаточно пожила! Позволь мне пойти с другими! – смиренно упрашивала учителя  старуха в чёрном хиджабе – Я так ненавижу кяфиров!* Прошу тебя! Предвечный, дал мне знак! Это был сон, но я ясно вижу в этом предначертанное мне. Сижу я на крыльце моего полуразрушенного дома почему – то в одной ночной рубашке, простоволосая с ножом в руке, закинутой за плечо.И бью себя клинком по спине, выкрикивая проклятия неверным!»

– Да ты, как змея, кусающая свой хвост! Разве ты не разумеешь? Без платка,в ночной сорочке – всё равно, что нагая! – учитель говорил необыкновенно спокойно, перебирая чётки из множества бусин, согласно количеству имён Небесного.

* кяфи́р (араб.) — неверный, человек, не верующий и высказавший свое неверие в словесной форме.

         И вот настал день Х…

         Тень №1: «Заветная буква «Эм» на торце красивого серого здания. Массивные прозрачные двери на вход и выход, туда – сюда снуют люди, много людей! Сердце ушло в пятки, лоб покрылся испариной, когда я с большой чёрной сумкой пересек рамку металлоискателя, но тот не издал ни малейшего писка! Я думал, что он так завизжит, что у меня, да и всех окружающих, заложит уши потому, что в сумке лежит опасный груз – пояс шахида».

         Тень №2: «В метро, как обычно с утра, было не протолкнуться.В руке у меня была тяжелая сумка, я не смогла одеть пояс, очень боялась, что бомба сработает прямо на мне далеко от назначенного места!» Девушку знобило, будто от лихорадки. Ей казалось, что Амин, её сообщник, незаметно подмешал ей в апельсиновый сок наркотик: « Небесный! Да как он мог! Ведь он

единственный, кто поддерживал  меня на этом очень важном этапе!»

У турникетов она вместо жёлтого металлического «кругляшка» жетона кинула в прорезь десятирублёвую монету, залежавшуюся в глубоком кармане чёрного пальто. Железный аппарат противно завизжал, сердце колотилось так, что чуть не выпрыгнуло из груди. Улыбчивый парнишка стоявший за спиной дрожавшей от страха девушки бросил жетон за неё, и орущий турникет затих и  «дал зелёный свет». Уже у эскалатора он легко подхватил её багаж, испуганная девушка обернулась. Так они и проехали этот отрезок пути, глядя друг на друга, не выпуская сумки из рук. Когда до конца  движущейся лесенки осталась одна ступенька парень медленно отпустил груз.

– Спа – си – бо! – выдохнула незнакомка слова по слогам и потупила печальный взор темно – карих глаз. Дальнейший путь до вагона она старалась дышать ровно и идти не оглядываясь по сторонам. А в больной голове, как назойливый дятел стучала мысль: «Он её запомнил, этот парень, сейчас он побежит за милиционером».

– Главное, не суетиться, а идти напролом к своей цели! – вспомнила она последние наставления.

         Тень №3: «Ой и попляшите же вы сейчас у меня! А я попаду в Сады Благодати и буду купаться там в наслаждениях, не помня ваших лиц, не зная ваших имен! Я послан Всемогущим! Огненным дождём я  прольюсь  на головы грешников! Я – кара, которая вмиг настигнет вас! Да!»

         Тут я, как автор повествования, могу нажать на паузу и призадуматься над вопросом: «А карает ли Бог человека?»

По словам афонского старца Иосифа Ватопедского, «кара несомненно существует, но вне Бога и далеко от него! Она существует исключительно для бесов, которые добровольно пребывают в высшей степени зла…»

         2. ЛЮДИ.

Кирилл, студент.Утром на кухонном столе парень нашел записку: «Завтрак на плите, уехала на дачу, люблю. мама». Небрежно плюхнувшись на стоявший рядом табурет, Кирилл потянул с плиты ещё теплую сковороду  и нечаянно опрокинул её на пол. Из коридора вскоре послышались звуки, стучащих по паркету коготков. На кухне нарисовалась мамина любимица – такса Брунгильда и накинулась на кушанье.

– Ну зараза! – выругавшись, он со злости на себя пнул табурет.

Собака вопросительно посмотрела на хозяина, а тот сказал свое одобрительное: «Кушай, моя хорошая, хоть на полу мне прибрать поможешь!»

Парень сунулся было в холодильник, да там ничего не было  кроме сливового пюре, предназначавшегося его маленькой племяннице.

 – Блин, уже опаздываю на пары, – пронеслось в голове, когда взгляд упал на светящийся электронный циферблат. Кирилл стремительно кинулся в комнату, ища более – менее подходящую одежду. Парень попутно смёл со стола потрепанные тетрадки и писчие принадлежности в ярко — красный рюкзак.Через пару минут он уже стоял у двери и завязывал шнурки на кедах. Бруня тихонечко подползла к хозяину и уткнулась влажным носом в руку.

– Я скоро,не скучай! Прости, не успел с тобой погулять – парень виновато потрепал собаку по голове.Такса грустно взглянула на дверь и покорно улеглась на своем спальном коврике.

    Елизавета Петровна, мать Кирилла.

– А что Кирюша ещё не приходил ? – увидев две неприятно пахнущие лужицы и Брунгильду, виновато прячущую свой хвост –осведомилась у собаки обеспокоенная мать,

– Ну ничего, вот придёт домой, я ему устрою! Девочка, пошли гулять! – Елизавета Петровна взяла в руки поводок.

Собака замахала хвостом с такой силой, что чуть было не сломалась пополам. Встретив на лестничной клетке соседку, женщина ещё больше разволновалась, ведь та поделилась новостями о вчерашнем происшествии в метро. Елизавета Петровна снова и снова набирала номер сына, но его телефон не отвечал. Закончив прогулку, встревоженная женщина поднялась в пустую квартиру и, не снимая пальто, прошла в гостинную, где стоял телевизор.Там, в новостях, она узнала всё : как и во сколько это произошло, сколько было пострадавших и в какие больницы их определили. Такса почуяв неладное, притихла у ног хозяйки. Женщина, собрав последние силы в кулак, позвонила бывшему мужу:

– Алло, Костя, послушай меня, наш Кирюша… – её горло сковало

безутешными рыданиями.

–  Лиза, да не рыдай ты, объясни же в чем дело! – пробасил мужчина на том конце провода.

– Вввзрыв в метро! – всхлипывала Елизавета Петровна – Я не могу до него дозвониться!

– Брось, наш Кирилл – везунчик! – успокаивал её Константин Николаевич и не верил в происходящее – Он был в другом вагоне,

а телефон разрядился, слышишь? Успокойся, Кира скоро объявится!

         На следующий день Константина Николаевича  вызвали  на опознание…

         Алексей Павлович,пенсионер: «Я сказал своей внучке Лёле, что уйду в понедельник, что теперь очень устал! Я сидел, наблюдая как за окнами просыпалась весна. На чернеющем вдали холме пробивались первые ростки травы. Скворцы ковырялись в едва оттаявшей земле, они выискивали синюшно – белых червей».

Вдруг он отчётливо понял, что находится в этой полутемной пустой комнате не один. Она была так прекрасна как — будто бы пришла из его снов! Это была самая незнакомка в белом, которая явилась с корабля на бал! Алексей Павлович энергично потряс седой головой, чтобы избавиться от морока.

– Раньше на Фонтанке, у Аничкова дворца был причал. По специальному проходу, ведущему ко дворцу гости попадали с корабля – прямо на бал. Там, где сейчас колоннада на набережной, помнишь Лёля? – вдруг стал  рассказывать старик нарочито высоким голосом – Конечно же нет! Тебя же в ту пору в проекте даже  ещё не было!

– Деда,ты что – то мне говорил? – в дверном проёме показалась рыжеволосая девушка.

         Сегодня понедельник, а Алексей Павлович — человек слова,

если уж он что — то пообещает, то значит, обязательно сделает!

– Нужно собирать котомку в дорогу. А что мне нужно? Да ничего, только одеть крест, да подпоясаться! – хрипло вздохнул старик и благочестиво  перекрестился. Лёля не видела как  ушёл дед.Он сначала исполнил свой неизменный ритуал: утренние новости и кружка индийского, чуть горелого, кофе. Потом, завернувшись в плащ — макинтош, проверил все электроприборы, закрыл за собой дверь ключом на два оборота. Алексей Павлович неспешно добрел до метро, насвистывая себе под нос « Ах мой милый Августин».

         Лёля,внучка Алексея Павловича.

Девушка очень переживала, когда телефон деда вдруг оказался вне зоны доступа: «Ведь специально же ставила ему на телефон  «гимн России», который он бы не смог пропустить мимо ушей!»

Она ходила из комнаты в комнату, ища «пятый угол». Вот и дедушкина спальня. Пахнет яблоками. Солнечный свет проникает дозами сквозь плотные шторы. У него ведь в последнее время

от яркого света болели глаза! Старый комод. Ящики перекошены —

ходовой рельс поврежден. Коньяк стоит в хрустальной «юбочке»графина.«Без тебя пусто и холодно!» – стучит в голове тревожная мысль. На тумбочке ворох журналов по садоводству, книги по виноделию, блокнот с записями. Колючий кокон шерстяного одеяла

аккуратно свернут на диване. Завернувшись в него, она уснула

да так крепко, что увидела сон: «Деда, скажи как там? Ты стоишь на весах, а люди, знакомые и незнакомые, приносят камни чёрные и белые? И кладут их на чаши? Деда, там холодно и сыро, как в Петербурге? Знаешь, она прекрасна эта питерская гать! Мне нравится, как дышат осенним перегаром вековые камни покрытые мхом, а привратник гремя цепями закрывает подъездные  ворота, как весной распускается акварельная сирень и небо так близко –  близко.

Не могу простить себе, что не уговорила тогда тебя поехать со мной на море. А на небесах только и говорят о море! Плачу или плАчу?

Наверное, плачу. А помнишь? Морозы « – 30 », и я с тобой дома, уютно, читаем книги или идём кататься на санках с горки  вопреки всему! Искристый снег под ногами скрепит накрахмалено, звенит отрывисто под лезвиями санок. Ты знаешь, я поняла зачем ты слушал радио, все эти сообщения об отмене школьных занятий, чтобы остаться со мной вот так, запросто!» Вдруг в голове у Лёли

резко пронеслась какая — то белая ослепительная вспышка, и она очнулась от этого тяжёлого видения. Девушка побежала к окну

и отодвинув штору, выглянула на улицу, окутанную вешними сумерками. А Алексея Павловича всё не было! От Лёлиного горячего отрывистого дыхания стекло мгновенно запотело. И девушка стала аккуратно выводить на стеклянной глади слова для деда, наверное, самые главные.

         Ещё один Лёлин сон.

– Для чего человеку дан сон? – спрашивает Лёля.

– Чтобы разговаривать с умершими… – отвечает ей дедушка.

Он сейчас, будто бабочковый кустарник, облеплен прекрасными

ярко – синими мотыльками. Девушка ещё что — то хотела сказать, а, может, и удивиться происходящему, но тут нарисовалась её покойная прабабушка, которая бросила на стол игральные кости.На кубиках вместо цифр были начертаны буквы, которые сложились во фразу: «Репетитор человеческих душ».

– Ерунда какая – то! – только и успела подумать Лёля и проснулась.

         Утро было еще хуже вечера, её родной человек так и не вернулся домой! Тут девушка кинулась обзванивать все больницы, в одной из них она получила ответ: «Тело в морге». Сотовый телефон выскользнул из рук и с глухим грохотом  закатился под диван. Пытаясь достать  трубку из — под тяжеловесной мебели,она с испугом вглядывалась в  тёмное пространство между полом и диваном, ничего не видя кроме пыли, которая  клубилась, как тополиный пух в июне. К горлу подкатил ком. Вдруг Лёле подумалось, что он похож на солёный зелёный кактус или на морского ежа. Девушка  громко засмеялась, а потом горько заплакала.

         Игорь, художник:«Я настойчиво просил привезти  мне из путешествия флакончики с парфюмом, которые производила одна  местная фабрика с каким – то ароматным названием. Этот подарочек был для меня чем – то особенным, как аленький цветочек для Настеньки!»

–  А как же я их найду, да ещё в чужом городе? – невольно озадачилась его подруга – Марина.

– Даю наводку: в  народе они зовутся «шанельками»! – упорствовал он.Улыбнувшись,она согласилась.И на прощание, нежно «клюнув»его в щеку, шепнула на ушко: «Игореш,а  духи – то женские!»

– Да знаю я, знаю! Мне понравились их названия! – огорошил  Игорь её своим признанием.

         Художник спал и ему снились нимфы, наподобие древнегреческих: «Сюзетта в небесно – голубом; Анетта  закутана во флёр – оранж; Колетта игриво перекатывает во рту апельсиновый леденец; Мюзетта разрезает сочный грейпфрут;с губ Жоржетты ему хотелось пить зелёный чай без лимона, от которого только зубы сводит». На утро, он едва разлепив глаза, кинулся  к телефону. Игорь взахлеб рассказывал Марине о своём ночном приключении, а она только смеялась и называла его сумасшедшим. «А я и не отрицаю!Я художник!»– подыгрывал он. А потом женщина решила доставить  «шанельки» курьерской службой, чтобы за время ожидания, как она выразилась, Игорь не свихнулся.

         И вот, наступил долгожданный день, когда Игорю позвонил оператор службы доставки для уточнения адреса, мол, ожидайте, курьер будет в течение часа. А дальше случилось непредвиденное: разносчик заказов пропал без вести, а в транспортной компании сказали, что дозвониться до него сейчас, к сожалению, не получается, возможно мальчик — посыльный уже спустился в метро и поэтому его телефон недоступен.

– Ах чёрт, весь день убил на всё  это, за картину даже не принимался,

заказчик же ждать не будет! – подытожил Игорь раздосадованно

и уже более воодушевленно – Такс, выпьем сейчас кофе с коньяком

и приступим, наконец, к работе.Он решительно прошагал на кухню,

попутно включив любимую радиостанцию.Там шла новостная лента, из которой  он узнал, какое несчастье постигло сегодня город.

Художника безусловно повергло в шок это известие! Игорь хлебнул «Курвуазье» прямо из бутылки! А это на секундочку очень дорогой коньяк, который коллекционировал сам Чарльз Диккенс!В винном погребе английского писателя нашли аж 216 бутылок!

Вот, в третий раз я готов идти к вам,

и не буду отягощать вас,

ибо я ищу не вашего, а вас.

Второе послание к Коринфянам святого апостола Павла.

Спустя пару часов как Игорь узнал об ужасном теракте в метро, он приехал в Мариинскую больницу, посчитав, что всё равно

не сможет приняться за заказ. Именно туда отвезли курьера. Но посетителей не пускали, чтобы те не мешали медикам  оказывать помощь пострадавшим. Мужчина наведывался и на следующий день, но у парня были посетители. Всё это время Игорь не мог найти себе покоя. Невольно он испытывал чувство вины, ведь именно из — за его заказа курьер попал в эту передрягу, поэтому художник хотел помочь хоть этому уцелевшему! И вот на третий день наконец — то состоялась долгожданная для Игоря встреча. А вернувшись домой он позвонил заказчику и разорвал с ним договор. Он твёрдо для себя решил заняться иконописью.

         Лиля Захарова,студентка.В открытую форточку влетел наполненный ароматами весны холодный ветерок. Лиля сидела  у окна за письменным столом.Она пыталась работать над курсовой, но её голова была занята совсем другими, посторонними мыслями. Девушка нежилась в лучиках апрельского солнца, подставляя свое белое, в веснушках, лицо невидимым теплым рукам. Лиля мечтала о шёлковом платье цвета сиропа «Гренадин», думала как будет весело гулять среди цветущих гранатовых деревьев где — нибудь в Тбилиси или Баку. А ещё гадала: «Какой же летний аромат выпустит её любимая фирма «Эскада», названная в честь чистокровной ирландской лошади, победившей на скачках? Может быть всё — таки с ароматом её любимого «птичьего молока»? Парфюм «Вишневый зефир» у неё уже был, духи «Мармеладные  дольки» ей почему — то не понравились.

 – Пожалуй, слишком лимонные, как призналась она себе потом,

после «примерки» в парфюмерном отделе ближайшего гипермаркета. Но это все потом, когда будут сданы зачёты и экзамены, написана курсовая работа, уже зазеленеет трава, распустятся почки на деревьях, а пока из ниоткуда появился кот Тихон и важно улегся прямо на всю эту кипу книжек и тетрадок,

которые лежали перед Лилией. Сознание девушки неохотно

выплыло из океана грёз, и она поняла, что надо собираться на учёбу.

         В соседней комнате орал телевизор, на кухонной плите подогревался вчерашний суп, а в ванной комнате шумела вода. За девичьими мечтами Лиля даже не заметила, что с работы вернулась ее мать. «Олимп-2. Сегодня 4711 – й день эфира на горном массиве. У горы Олимп несколько вершин, самые значительные из которых пик Митикас, Скольо, Скала и Стефани, который, кстати, называют троном Зевса: в очертаниях горы можно угадать спинку и сидение кресла. Здесь – то и проводятся собрание богов, которое созывается  на совет, трапезу или по какому – то другому, неведомому простым смертным, поводу. Сегодня Сатурн проглотил свое новорожденное дитя, боясь, что, как предсказывал Уран, неблагодарный потомок свергнет его. Нарцисс гневно отверг Афродиту, заявив, что лучше умрёт, чем будет с ней. Он ещё раскается, ведь богиня безжалостна к тем, кто отвергает её любовь! Дионис пропагандирует свой экстатический культ с неистовыми танцами, захватывающей музыкой и неумеренным пьянством. У Аида Цербер сорвался с цепи,

пса боится даже его жена Персефона, не говоря уже о других «олимпийцах». Не переключайтесь, подробности после рекламы!» –

вещал громогласный голос.

– Привет, мам! – крикнула Лиля в закрытую дверь, когда звуки потока воды прекратились, – Я на учёбу спешу! До вечера!

Когда Елена Павловна вышла из душа, дочери и след простыл!

– Умчалась уже в свой университет! Вот ведь даже не пообедала, стрекоза! – шутливо ворчала мать, наливая себе в глубокую тарелку горячий бульон. Женщина и не заметила за домашними делами, как стало довольно поздно для прогулок, а Лиля так и не вернулась домой. Телефон её был выключен.Ещё никогда её девочка не позволяла себе так расстраивать маму! Елена Павловна сидела вся на нервах, а когда закончился её любимый сериал, она щёлкая пультом наткнулась на выпуск местных новостей. У неё, в прямом смысле этого слова, случился сердечный приступ! Машина «неотложки» отъезжала от тёмной парадной, когда Лиля шла домой от автобусной остановки после утомительного дня. Её позднее возвращение было объяснимо транспортным коллапсом, творящимся в городе после закрытия метрополитена. Одна сердобольная соседка, провожающая карету «скорой», объяснила девушке, что Елене Павловне стало плохо с сердцем от ужасающих новостей о теракте в метро. По квартире, жалобно мяукая, метался испуганный кот Тихон, в коридоре было сильно натоптано, а на кухне медики оставили мусор: использованный шприц и спиртовые салфетки, разбитые ампулы какого —  то лекарства и «смотровые»перчатки. При всем своём желании Лиля не могла поехать в больницу из — за «десятибалльных» пробок и, конечно, из — за пережитого шока! Она тоже была в центре сегодняшних событий, но отделалась «лёгким» испугом, ссадинами и ушибами.

– Никогда больше не поеду в метро! – заявляла потом девушка, но жизнь брала своё и Лиле, как и многим другим петербуржцам, приходилось спускаться в подземку с замиранием сердца.

***

Джеймс Уайт: «Все думают,что мы, англичане, чопорные зануды, а это мы назвали сочную маракуйю – плодами страсти, питахайю –драконьим фруктом, а черёмуху вообще «записали» в «птичью вишню». Видели бы вы, как чёрные дрозды уплетают едва созревшие  ягоды! И кто из нас скучный? Сегодня у Наины – моей  girlfriend  день рождения или, как говорят по – русски, «именины».

Она сказала, смеясь,что grandmama испечёт праздничный каравай. Хмм, а чтобы это значило? Я слышал, что есть такая русская традиция – водить хоровод вокруг именинника, говоря: «Каравай, каравай, кого хочешь, выбирай!» А может я что – то перепутал?

Он придирчиво пробует это слово на вкус: «Ка – ра – вай, нет кар –вай! Вонг Карвай! Люди бегут от любви потому, что боятся быть отвергнутыми. Кажется это было в «My Blueberry Nights» или каком – то другом фильме этого  гонконгского режиссера!»

Сейчас уже, после хорошей чашечки кофе, иностранец решил обмозговать идею с подарком: «Хмм, надо подумать! Запах подвядших роз хорошо сочетается с гвоздичной пряностью

украшений из стали, воздушность васильков с серебром, а солоноватость меди с колосками ржи, только золото с тёмным бархатом фиалок «viola»». Вдруг в кармане запищал  сотовый —  пришла смс от его возлюбленной. Девушка написала достаточно лаконично: «Можешь не приезжать! Всё кончено!»

 – У некоторых людей – степенно рассуждал Джеймс – время стремительно, как реактивный самолет: вчера ещё вы были любовниками, сегодня ты – любимый, а завтра – чужой. Я думал, что люди, находясь на пике своих чувств, в том смысле, когда им действительно хорошо, никогда не обманывают. Я ошибался!»  Погода  сегодня отвратительная: с неба крошит белый песок и хрустит под ногами, хоть в разгаре и календарная весна. Но чей — то  «shiro masaki» пахнет весенней корюшкой — смесью свежего огурца

с металлом рыбьей чешуи. Джеймс закрывает глаза и представляет чудесную страну: там, где испанский мох стекает с деревьев

и где пьют кофе на деревянных верандах, выкрашенных в «заразный голубой».

Так он и добрёл в размышлениях до буквы «М» на фасаде серо-зелёного здания и спустился в underground. В нос ударил знакомый запах питерского метро, который в отличие от затхлого лондоновского просто божественен!Сердце постепенно успокаивалось, а тёплый вагон и стук колёс и вовсе убаюкивал!

Однажды Джеймс спросил Наину: «А что ты видишь за «кобальтовой сеткой»  своей кофейной чашки?

– Снежную мглу, – ответила она, – белоснежность пломбира.

– А я вижу девушку Анну, которая сидит за своим рабочим столом

в мастерской и монотонно рисует этот узор – повествует иностранец.

Вдруг яркая вспышка слева, Джеймс очнулся лежащим на грязном полу. В воздухе ощущался горьковатый запах гари. Натянув шерстяной шарф на побледневшее лицо, мужчина поспешил примкнуть к другим пассажирам, которые стали выбираться из вагона через разбитое окно.

«Имя Тебе — Любовь: не отвергни меня заблуждающагося;

Имя Тебе — Сила: укрепи меня изнемогающаго и падающаго;

Имя Тебе — Свет: просвети душу мою, омраченную житейскими страстями;

Имя Тебе — Мир: умири мятущуюся душу мою.

Имя Тебе — Милость: не переставай миловать меня» –  со слезами на глазах вспоминал он молитву John of Kronstadt* –  небесного покровителя города на Неве.

 * В 1897 году был переведен на английский язык дневник Иоанна Кронштадтского «Моя жизнь во Христе».

***

Сергей Семёнов, солдат: «Мне отчего – то страшно оставаться наедине с Изабеллой Ивановной! Старуха Изергиль, именно так прозвал её мой приятель, а по –  совместительству – моя квартирная хозяйка. Она сидит у окна в неуклюже – громоздком стуле. Его поверхность напоминает мне корочку чёрного хлеба. Бабка озорно смеётся, оголяя свои ровные пожелтевшие зубы. Она откровенно насмехается то ли над собой, то ли над окружающими, а может и над миром в целом! Порой сгорбленная карга отрывает сочно – жирный лист от толстенного «столетнего» алое  и монотонно разжевывает его, даже не морщась! Чаще всего старуха сидит и читает псалтырь, перебирая узелковые чётки. А в углу – иконы в бумажных цветах и деревянных окладах, и огонёк лампадки мерцает кротко.Сегодня на ужин заботливая хозяйка подала свиное ухо и чуть кисловатый овсяный кисель, в середине стола неизменно – чайное блюдце с белой, будто бы из фарфора, просфорой. А соседка по лестничной клетке и вовсе держит дома рысь вместо собаки! Изредка Клавдия Витольдовна выгуливает своего Мурзика, и когда он срывается с цепи вся улица из окон пристально наблюдает за его передвижениями, замирая от ужаса. Слава Богу, что Мурзик отправлялся на вечерний променад изрядно подкрепившись мясных обрезков».

         По выходным к Сергею выбирается его давний приятель Славик. Он приезжал на утренней электричке с питерской окраины, где обустроился у какой — то своей подруги.

 – Какая она? Твоя невеста? – спросил как – то за ночными посиделками  Славик.

– Какая она? Ну какая? – на секунду задумался Семёнов – Такая, как Кармен*, только работает ни на табачной фабрике,а на фармацевтическом складе! Все одно – конвейер!И пьет, конечно!

*романтическая драма «Кармен» (2003), режиссер А.Хван

– Да у нас, кто не пьёт, тот колется! – вклинивается со своими рассуждениями приятель.

– Я не об этом! – как – то неожиданно сердито прерывает его Сергей –Порой она приходит ко мне «под мухой» в этом своём шелковом платье, скроенном на манер сорочки. Глаза горят изумрудами, улыбка такая наивно – лукавая, губы – тут он запинается, сглатывая –

И аромат от неё такой исходит нежно – лилейный.

– Как вы познакомились? – всё расспрашивает Славик.

– Всё прозаично! – закатывает  глаза Семёнов –  Она зашла в столовую, в которой я обедал, но ничего не съела! Или нет, погоди, это было какое – то питейное заведение! Короче, оно вошла и я подумал, что всё – я пропал!

– Любопытно, однако! А как там поживает эта твоя, ну малолетка.

Помнишь тогда, на солдатских проводах, всё кричала,что будет очень верной и дождётся тебя из армии? – не унимается он.

 – Смешная девчонка! Она пишет мне! А я разрываю в клочки белоснежные листы бумаги, распихиваю обрывки слов по карманам, чтобы не мусорить на улице, – Сергей, как в воду, погружается в воспоминания – А я жду совсем других писем от человека, который и ручку – то в руки не брал, наверное, со школы! Да и о чём она мне станет писать? О любви? Ха – ха! Ну может и о ней,вот только я никогда не слышал от неё ни одного слова «люблю»,а только тихий шепот, в предрассветные часы одними губами.

         После дембеля Семёнову не так просто устроиться на работу!Ему приходиться каждый день ездить на бесконечные, и кажется бесполезные, собеседования. Однажды Сергей выходил из метро с ещё тёплым хрустящим батоном под мышкой, купленным по дороге, видит стоит бабулечка в сером старом пальтишке с пластиковым стаканчиком в руке, причём она не выклянчивает

милостыню у прохожих, как делают это «профессиональные» нищие. Руки сами собой протягивают хлеб несчастной бабушке.

– Я тебе что –  нибудь должна? – произносит старушка приятным мелодичным голосом.

– Нет! – торопливо произносит Серёжа и отводит глаза, в которых застыли слёзы.

В сердце вспыхивает праведный гнев по банальной схеме:

«Политики –  казнокрады довели нашу страну!» Когда он в следующий раз встретил бабушку у метро, то вложил  в её руку монету. Получилось что – то вроде рукопожатия,но даже сквозь шерстяную варежку Семёнов ощутил холодную костлявую руку.

– Какой ты славный, глаза, как небо! –  сказала ему бабулечка, а он в ответ лишь улыбнулся и про себя подумал: «Вот сегодня – то точно будет удачный день!» С каждой новой ступенькой  Сергей спускался все глубже и глубже в подземку и наконец слился с разношерстной толпой, спешащей к только что прибывшему вагону.

Все  — ничто,

да и сам человек ничто.

Отче  ничто,

да святится ничто твое,

да  приидет  ничто твое,

да  будет ничто твое, 

яко в  ничто и вничто.

Ничто и снова ничто*.

*Эрнест Хемингуэй. Там, где светло и чисто.

Чей — то могущественный голос плыл в белой вате, во рту ощущался

металлический вкус крови.

– Хватит! –  из последних сил проорал Сергей – Я не ничто! Бог есть

и Он меня спасёт! Получилось как – то не очень убедительно потому, что слова, которые он прокричал, оказались всего лишь бесплотными мыслями в его голове. А человек, похожий на Эрнеста Хемингуэя, только зло усмехнулся. Семёнов пролежал в коме две недели, а потом заново учился ходить. Пока не приехали родственники парень числился, как пострадавший номер 39.

         Дина Федотова, младший продавец — консультант.

– Ночь, ледяная рябь канала, аптека, улица, фонари. Всё, как у поэта Блока, ну почти…Там не было меня! – горько подумала Дина и нервно усмехнулась. Её лихорадочно знобило. Кутаясь в чёрное шерстяное пальто, она  торопливо покупала тест на беременность.Не обращая никакого внимание на весеннюю морось и порывистый ветер, девушка стремительно побежала домой,чтобы воспользоваться своим приобретением.

«Две полоски! Они, как двойная сплошная, которую, нельзя пересекать! Может тест бракованный? Завтра куплю два! А может пойти к врачу? Точно! Но даже если всё подтвердится, звонить Антону все равно не буду! Ну какой он отец? Да и я точно не мать!Это мои проблемы – мне и разделываться с этой зарождающейся новой жизнью! Только это нужно будет сделать быстро

и решительно, чтобы не испытывать потом муки совести. Мама,роди меня обратно!» – размышляла Дина и ненавистно смотрела на бумажный индикатор.Девушка достала из холодильника бутылку шампанского «Дзив», заготовленную для какого — нибудь грандиозного события. Она вдруг вспомнила,что Антон называл напиток «Дзифтом», видимо из — за аналогии звучания, но никогда не спрашивала почему. А сегодня Дина, щелкнув пультом, сразу же наткнулась на  эту болгарскую драму в стиле неонуар режиссёра Явора Гырдева.Чёрно — белое кино оказалось в тему. Пузырьки, точнее сказать, перлиты наконец — то ударили в голову, её уставшие и заплаканные глаза сомкнулись, словно створки. И она, как была, в сапогах и шёлковой блузе прилегла на кухонном диванчике. Юбку и пальто Дина оставила в прихожей, у двери. Ей приснилось,что она, как герой фильма глотает бриллиант. Острые блестящие края адаманта беспощадно режут нежное горло.Тело девушки содрогается  в рвотном спазме и чья — то заботливая рука ставит рядом с диваном тазик и стакан воды.

–  Папа, ты вернулся из командировки! –  голос  Дины сквозь сон

звучит хрипловато.

– Спи, дорогая, утром поговорим! Опять что ли с подругой в клубе зависла? – его интонация была с явным с укором, но папина тёплая рука легла на лоб и девушка, успокоившись, заснула.

Я есмь истинная виноградная лоза,

 а Отец Мойвиноградарь.

Всякую у Меня ветвь, не приносящую плода,

Он отсекает;

и всякую, приносящую плод,

очищает, чтобы более принесла плода» (От Иоанна 15:1-2).

«Что же в конце концов происходит? Ноги в тугих бинтах, как у египетской мумии, из левой руки торчит ужасного вида капельница.Утром  мне стало лучше  и не дожидаясь ненужных распросов отца, я поехала на прием к врачу, который находился всего в двух станциях метро от моего дома. Господи, что это было такое? – девушка кажется стала припоминать – Прогремел такой оглушительный взрыв, что уши заложило и сбило с ног, металл покорежило стёкла осыпались, в воздухе повис чёрный едкий дым, а рядом паника: беспокойные крики раненных и тихие стоны умирающих. Аллегорический сюжет песни старейшей рок — группы «Аквариум» стал явью: «Этот поезд в огне и нам некуда больше бежать!»»

– Только бы не оставили меня здесь умирать на грязном полу в бурой луже крови! Я живая, жи–ва–я! Мамочки, как страшно! – Дина сильно жмурит глаза и плачет.

– Не смей закрывать глаза! – кричит оглушенный мужчина, пытаясь поднять её безвольное тело. Он хватает девушку за плечи окровавленными руками.

– Вы ранены? Руки у вас в крови! – выкрикивает Дина.Мужчина начал лихорадочно рассматривать свои руки и чуть было не уронил девушку. Рядом с ними закопошилась женщина, которая с минуту назад была в отключке. Лицо и руки её были обожжены, на голове отсутствовала часть волос.Одежда тоже была испорчена.Уже потом, Дина будет рассказывать сыну про своё чудесное спасение и что он, её малыш, был там вместе с ней и не дал умереть!

         Никита Подсолнухов, медбрат.

Подсолнухов сидел в мягком велюровом кресле, запрокинув свою лохматую блондинистую голову,и размышлял над письмом своей давней подруге, которая проживает теперь в Австралии. 

«Привет! Как поживаешь, Лис?» – начал сочинять он. Будучи романтичной натурой Никита называл девушку Флёр де Лис,

правда, приставка потом отвалилась за ненадобностью!

На томике «мятежного» поэта Бродского он разместил листок бумаги, и стал торопливо выводить буквы: «Как твоё лето? Ходишь в штиблетах или на шпильках по пыли дорожной? Или катаешься на внедорожнике? Ныряешь в море или в хмельное, касаясь щекою холодного бока бокала? Скучаю по тебе на островах, а Питер  большей частью состоит только из них. Не говорил тебе об этом,

да не так это и важно теперь, но все же делюсь: капельницу попросила ставить одна, скажем, подруга смертельно больному —

фотографу в недалеком, но прошлом.Однако укололся иглой,

а он так насмешливо: « Вы осторожнее будьте, заразитесь гепатитом!» Меня кинуло в дрожь,но виду не подал, ушёл. Позорный диагноз,однако,если бы в постели его подхватил, а тут … медицинская  помощь! Унижению нет предела! Знакомые бл*ди меня целовали при встрече с сомкнутыми губами. Но ничего, прошёл терапию, теперь вот анализ сдал, в итоге: здоров! Сейчас, извини, спешу на дежурство! Покеда! Пиши не забывай!»

И росчерком пера Никита ставит подпись в конце предложения. Он аккуратно складывает письмо вчетверо в белоснежный конверт,

облизывая язычок. В голове возникают смутные воспоминания того вечера, когда они целовались на привокзальной площади. Вернее, Лис целовала его, страстно, на уровне «грязных танцев», но удовольствия от этого Подсолнухов не испытывал: поцелуй был горьким, будто выпил растворимого кофе с дешевой сигаретой. Вдруг парень расхохотался, вспомнив, откуда — то ранее вычитанную инструкцию: «Оближите конверт. Осторожно проведите языком по контуру запечатываемой части конверта. Даже если вы порежите язык о край конверта, то не умрёте от отравления клеем!».

– Умереть от отравления мне явно не светит! – подумал Подсолнухов,

а когда его взгляд упал на стрелки наручных часов,он бросился в прихожую за кожаной курткой. Никита посмотрел в зеркальную поверхность шкафа, намотав на шею шелковое кашне, густо пропитанное кумарином одеколона. Эту привычку он перенял

у своего учителя — доктора Катаева. До этого парень и не догадывался, как этот обычный одеколон может играть ванильными и коричными нотами. Подсолнухов стал торопливо

собирать вещи в рюкзак: свежий халат, который ещё пах лавандовым кондиционером для белья, пачку чёрного чая и бутерброды с колбасой. И чуть было не оставил письмо на столе!

«Вот балда! Надо закинуть его по дороге в почтовый ящик! – 

разговаривал он с самим собой – И адрес забыл написать!Вот блин!»

«Terra Australis,16 Gadigal Avenue…» –  заполнил он специальное поле на конверте, рассуждая о том, что название этой «неведомой Южной земли» невольно напоминает ему одну лирическую

рок – н – рольную песенку.

Расскажи мне про Австралию,

Мне безумно интересно!

Может, в этом самом месте,

Я решусь и брошу якорь.

И в беседах с океаном,

Под дождем или под планом.

Мне откроются секреты,

Я пойму и стану легче…

Земфира Рамазанова, Австралия.

На улице разгоряченное лицо Подсолнухова обдало прохладным весенним ветерком. Он ускорил шаг и пересек улицу наискосок, чтобы добраться до серо — белого здания почты. Опустив письмо в синий короб почтового ящика, Никита погрузился в ещё более глубокие воспоминания: «Как я поступил в медицинское училище, одному Богу известно! Особую страсть к медицине я никогда не питал! Вдруг после окончания школы настала жаркая пора сдачи экзаменов: великого и могучего русского языка; биологии,которую популярная группа «Виагра» почему-то страстно молила изучить до конца; математики, в которой, собственно говоря, я ни в зуб ногой!И наконец пришел долгожданный сентябрь, где случилось знакомство с уважаемыми преподавателями и безбашенными однокурсниками. С некоторыми из них, кстати, мы и по сей день дружны!»

Почему — то Подсолнухову  запомнилась одна лабораторная работа: «Пришли мы, как обычно, весело и беззаботно на лекцию по «Физиологии ЦНС», а преподаватель, к слову, довольно милый молодой человек заявляет: «Сегодня препарируем лягушку, готовим нервно –  мышечный препарат!»

«Что? Нам нужно живое существо убить? Как же так?» –возмущались мы. «Давайте мы ее у вас купим и отпустим на волю!» – заявляли более находчивые ученики. Преподаватель не растерялся, мол, никто никакого зачёта не получит, решайтесь, а как всё будет готово, будем ставить «Второй опыт Гальвани»! И демонстративно ушёл пить кофе в лаборантскую! Мы, конечно, поплакали над горькой судьбой лягушки, но взяв себя и инструменты в руки, стали поочередно совершать этапы заданной работы.» На горизонте замаячила станция метрополитена и его сегодняшнее сентиментальное путешествие в ретроспекцию было завершено.

         В подземном переходе Подсолнухов приобрел занятный детективчик для чтения, ведь на дорогу в больницу у него уходит почти целый час, а лентяйничать он не привык. Около 14:30 в соседнем вагоне на перегоне между станциями произошел взрыв. Никита в то время сидел в соседнем вагоне. Парень всем телом почувствовал  «дрожь земли». Люди в вагоне закричали и столпились в дальнем углу. Сейчас они были похожи на испуганных цыплят в коробке, которых Подсолнухов прошлым летом вёз в пригородной электричке к бабушке на дачу. В воздухе висело нечто такое, от чего хотелось закрыть лицо руками и выбежать из вагона. Газ! Это был взрыв газового баллона!  — вот что первое приходило на ум. Очевидцы, которые в то время  были на станции, потом с тревогой вспоминали, что с потолка посыпалась штукатурка, а из тоннеля повалил дым. Отважный машинист принял героическое, на тот момент, решение. Он довёз состав до станции, где началась эвакуация пассажиров. Подсолнухов не имел право оставаться в стороне, он стал оказывать первую помощь пострадавшим. Парень стал помогать девушке, которая хотела выбраться через разбитое окно из темноты раскуроченного вагона, но у неё почему — то не получалось. Её левая нога как-то неестественно болталась, а лёгкая весенняя курточка была пропитана темнойкровью. Никита аккуратно вытащил пострадавшую, бережно усадил её на пол и стал осматривать в поисках других серьёзных травм, но, к счастью, ничего не нашёл.У девушки был сложный перелом голени. Потом мужчина попросил помочь вызволить  его жену, которая была без сознания, но и без видимых повреждений. Затем приехали ребята со  «скорой» и Подсолнухов не стал им мешать! А взял под руки какую-то старушку, которая пребывала в состоянии шока, и они выбрались  из подземки на открытый воздух. Никита посмотрел на небо, оно было таким же серым и угрюмым, как и с утра. Но в нём появилось что-то особенное.

         Евгений Назаров, работник метрополитена:

 «У нас в Питере станции метро закрывают примерно раз в неделю,

а всё из – за подозрительных предметов! В марте, например, таких случаев было пять! К счастью, всякий раз тревога оказывалась ложной. Пассажиры забывают в метро газеты, сумки и пакеты.

К экстренным сообщениям, что некая «станция метрополитена  по техническим причинам закрыта на вход и выход» все давно привыкли! А питерский художник Илья Тихомиров создал серию рисунков в лучших традициях агитпропа. Его произведения,

будут «публиковаться» прямо в вагонах метрополитена».

Например:

Где-то в Северной столице

Задремал разносчик пиццы.

Ждут кинологов в вагоне

«Маргарита» с «Пепперони».

         Эпилог.

В Санкт — Петербурге после взрыва в метро наступил транспортный коллапс. Люди толпились у входа  на станциях метрополитена, но их двери были заблокированы, а из динамика доносился  голос, оповещавший о закрытии по техническим причинам. Толпы недовольных горожан, которым после трудового дня пришлось до дома идти пешком наводнили улицы и проспекты. С наземным транспортом было еще хуже, город сковали дорожные пробки. Водители сочувствовали пешеходам, поэтому охотно брали попутчиков, не взимая платы за проезд. Вымотанный и выбившийся из сил народ дома ждал телевизор и экстренные выпуски новостей. Утром немногие решились спуститься в метро слишком уж свежи были воспоминания о произошедшей трагедии, но Город сплотился, Город выстоял, как это уже было в Блокадном Ленинграде!

0

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *